Непознанное

Вернуться   Непознанное форум, новости о НЛО, паранормальных явлениях, аномальных зонах, эзотерике, науке, будущем > Непознанные способности человека > Психология
Контакты Все темы форума Регистрация Справка Пользователи Социальные группы Календарь Поиск Сообщения за день Все разделы прочитаны

Психология Психология человека

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 09.08.2009, 17:04   #1
Алексей
Спец
 
Регистрация: 27.11.2008
Возраст: 40
Пол: Мужской
Локация:
Сообщений: 734
Вес репутации: 20
Алексей На 1 уровнеАлексей На 1 уровне
По умолчанию Христианство и психология

Нужна ли психология христианину?
Семинар в христианском культурно-просветительском центре «АГОРА», Санкт-Петербург

Священник Игорь Поляков - Сегодня у нас тема - нужна ли христианину психология? И если продолжить этот вопрос дальше, расширить его содержание – нужна ли для оптимизации, для улучшения, религиозной жизни психология?

Итак, надо вспомнить, что такое вера и религиозная жизнь. Религия, традиционное определение и понимание, это связь человека с Богом, и переживание этой связи, наполнение своей жизни этой связью, общением с Богом. И вот возникает интересный вопрос – как это осуществляется, как идет этот процесс. Ведь у каждого человека свое представление, свое понимание Бога. Как это формируется? Мы знаем, что Бог это некая сверхличная категория, к которой так или иначе возможен какой-то доступ и какое-то взаимное общение, с этой сверхкатегорией. Это универсальное понимание религии. В христианстве (и не только в христианстве) подчеркивается личное общение, личные взаимоотношения с Богом. Бог – личный. В религии, в христианстве мы имеем общение с личным Богом. Так вот – какой же личный Бог в христианстве? И ответить на этот вопрос очень трудно, потому что мы встречаем множество разных определений, пониманий личного Бога. Здесь уж я ссылаюсь на свой опыт священника, 20 лет в Церкви прослужил, и приходилось видеть совершенно парадоксальное и даже отчасти нелепое понимание и представления о личном Боге. Но тем не менее человек, имея свое специфическое представление о Боге, живет такой, как ему кажется, полноценной, интересной и важной для него религиозной жизнью. И в этом религиозном процессе, в своем религиозном общении с Богом, он решает какие-то свои специфические задачи, и ему от этого хорошо. Я хотел предложить вам рассмотреть этот вопрос: что значит личный Бог, и какие представления о личном Боге у человека? Вы понимаете, что здесь может быть многовариативная ситуация, т.е. может быть множество разных представлений о Боге. Согласны со мной? Если это вызывает какие-то сомнения, то, может быть, имеет смысл это сейчас обсудить и поговорить на эту тему. У нас лекция – семинар, лекция -общение.

Я говорю здесь не только о разном понимании Бога в разных религиях, в исламе, скажем, понимание Бога одно, в христианстве другое, в разных христианских конфессиях могут быть тоже какие-то нюансы. Просто у каждого человека - свое. И вот как это свое представление о Боге формируется?

Понятно, что у нас есть наше «психологическое», которое наполняется нашим жизненным опытом. Причем этот жизненный опыт возникает и формируется еще в утробе матери, потом особенностями рождения ребенка и всей последующей его жизнью (в момент рождения и на протяжении всей его жизни). И в жизни любого человека встречаются родительские фигуры – отец и мать. И то, как складываются отношения, прежде всего – с отцом, или с замещающей его родительской фигурой – это является основой для понимания и представления человека о своем личном Боге. Поэтому Бог может быть абсолютно разный. Это может быть добрый, ласковый, нежный, заботливый Бог. Может быть и жестокий, доминантный, карающий, наказывающий Бог. Диапазон представлений о личном Боге может быть очень разнообразным. Еще раз подчеркну, что все это возникает и формируется в раннем детстве и закрепляется в дальнейшем. И теперь мы посмотрим, как строится религиозный процесс в зависимости от личного представления, личного понимания Бога. Причем ведь Бог, как мы уже сказали, Бог – сверхличная категория, которая вышла из повседневного, личного общения и представления человека, и она наделена необычайной силой. И вот человек вступает в религиозные отношения с таким Богом, который очень могущественный, очень сильный, недосягаемый, властный, подавляющий, наказывающий, карающий. И т.д. и т.п. И каково ему жить с таким Богом? Как вы думаете? Плохо, наверное, да? Такое понимание о Боге человека очень унижает, растаптывает, подавляет. И, говоря психологическим языком, это не является ресурсным состоянием, это медленное уничтожение, подавление человека.

Слушатель 1: А вот Вы не могли бы уточнить, в каких именно религиях дается именно такое представление о Боге?
о. Игорь: Я думаю, что такое представление о Боге может быть в любой религии. Я буду ссылаться на Православие. И в Православии, как правило, в подавляющем большинстве личных отношений с Богом – Бог таков.

Слушатель 1: По личному опыту: человек сам создает себе такого Бога… Вы говорите, что человеку, наверное, плохо. Но я видел людей, которым хорошо с таким Богом. Несмотря на то, что с позиции мыслящего человека идет размывание личности, а ему – нравится.
о. Игорь: Вот. Я об этом и буду говорить. Спасибо за Ваше наблюдение.

Слушатель 1: Это формируется в раннем детстве?
о. Игорь: Не только в раннем. В детстве вообще, а также и в культуре.

о. Игорь: (К слушателю): Чувствую Ваше возражение. Вы человек не очень церковный?
Слушатель 2: Я? Как раз церковный!

о. Игорь: Часто Вы ходите в Церковь?
Слушатель 2: Я причащаюсь каждое воскресенье.

о. Игорь: Замечательно. Очень приятно слышать. Но… я ведь делюсь своими наблюдениями, они на протяжении 20 лет сделаны. Восприятие Бога в Православии – то, что я видел, народ, гуща православной жизни - там отношение к Богу - как к наказывающему, карающему. Это мое наблюдение. Я просто делюсь. Оспаривать это нельзя, мои впечатления – это факт, так я это воспринимаю. Я говорю о своих впечатлениях.

Дальше. Если такой Бог существует, значит, Он для чего-то нужен. Человеку хорошо находиться с таким Богом. Потому что он здесь отыгрывает для себя свою потребность в зависимости. Находится в религиозных отношениях с таким Богом ему хорошо. Человек зависим, и он полностью реализуется в своей религиозной зависимости.

А теперь – «хороший Бог». Хорошо, когда у человека есть благополучная семья, где ребенка любили, были заботливые, ласковые, эмпативные родители. И человек всегда чувствовал эту поддержку, любовь родительскую, и тогда складываются совершенно удивительные представления о Боге: что Бог есть любовь. Тогда человек чувствует, что за пределами его повседневной жизни есть какая-то сверхличная категория, которая есть абсолютная вселенская Любовь. И к этой любви можно просто так обратиться и получить эту ответную любовь, и просто даром, просто по закону любви, получить поддержку, внимание, и какую-то внутреннюю силу от этой любви, от этого Бога. И это замечательно, жизнь такого человека очень отличается, ему хорошо живется, он благополучен, в том плане, что у него хорошая семья, он социализирован, он хорошо работает, заботится о своих детях и т.д. Вот как бы два полюса в понимании Бога. Конечно, могут быть разные промежуточные ситуации.

По поводу такого «плохого» понимания Бога скажу еще несколько слов. Почему у меня возникли такие представления, такое понимание? Есть такой институт – покаяния. В чем люди каются? Я вам не выдаю тайну исповеди, но … Покаяние (обычно) в том, что посмотрела телевизор, в среду или пятницу съела «печенюшку», а потом посмотрела этикетку, а там написано, что там маргарина 3%, а это грех – маргарин, в среду и пятницу нельзя, в Великий Пост нельзя…Или молочка тоже попить. Когда такой человек, приходит к Богу на исповедь, он внутренне трясется и трепещет, потому что в среду и пятницу молочка попил…

Cлушатель 1: А если сосиску? (Смех в аудитории)
о. Игорь: Про сосиску даже не говорю – это ужас просто какой-то, кошмар. Ну, действительно, какое у человека представление о Боге? Понятно, что это злобный, доминантный…

Слушатель 2: Мелочный…
о. Игорь: …Бог, который только и ждет, чтобы тебе за эту «печенюшку», в которой 3% маргарина, «всыпать» как следует.

Слушатель 2: Это какое-то очень упрощенное представление о сосисках и молоке…
о. Игорь: А Вы знаете, в православии, в народном православии, там все очень упрощенное и глупое.

Слушатель 2: Просто Вы привели самый такой пример…
о. Игорь: Один из примеров, но он характерный. Вот я принимаю исповедь – 200 человек. Из этих двухсот – восемьдесят человек приходят с такими «грехами». Более глубоких представлений, более глубокого анализа своей души там нет… Другие грехи, как правило, уже исповеданы или просто не замечаются.

Слушатель 1: У меня вопрос. Мне кажется, что другие грехи просто не замечаются этими людьми…злость…
о. Игорь: Об этом и идет речь. Это вопрос психологической культуры. Очень просто ссылаться на поведенческие аспекты. Действительно, лучше указать какую-то ссылку на литературу, чтобы это не было голословно. Есть разные пособия кающимся, и там есть 300, 400, 600, 900 грехов. Посмотрите, что там за грехи, которые предлагается исповедовать и анализировать верующему человеку. «В 6 классе прогулял урок географии», например, и т.д. Вот такие «грехи». Там не говорится о каких-то глубоких, душевных переживаниях. Спрос определяет предложение. Но если человек хочет иметь жесткого, контролирующего Бога – то вот, пожалуйста,– получи. Такое представление о Боге и такие отношения с Богом – являются массовыми в нынешнем православии.

Бог есть Любовь, и когда человек чувствует, что Бог есть любовь, он светится, Бог-Любовь живет в нем, и это видно, потому что у него светятся глаза, и он готов делиться этой любовью. Ему не нужно думать, что он что-то не то съел, не то сказал.

Теперь мне захотелось поговорить о том, а каков же Бог вообще. А?

Слушатель 2: Он строго взыскивающий. Он - Любовь, конечно, но взыскивающий.

о. Игорь: А за что Он взыскивает? А каким образом Он взыскивает?
Слушатель 2: Он нас обличает, когда мы делаем что-то не так… как барометр.

о. Игорь: А как вы понимаете такое высказывание «Аз есмь Сущий?»
Слушатель 2: Он был, есть и будет.

о. Игорь: Еще?
Слушатель 2: Он – Жизнь.

о. Игорь: А жизнь какая? Она ведь разная бывает?

Я тут с Вами соглашусь. Сущий обозначает жизнь. А что значит жизнь? Жизнь ведь разная, в жизни бывают преступления и разочарования, и злоба, и ненависть. И вот Бог говорит, что Я – такой, такой как жизнь, Я сама жизнь. Я – суть жизни. Я – Сущий. И эта суть, наряду с Милостью, может проявляться и в непредсказуемости, и в жестокости, и в капризности. В этом отношении очень интересно почитать Священное Писание.

Слушатель: Не то, что Я такой, как вы люди. Сущий совершенно имеет другое содержание… Нельзя все-таки так передергивать, на аудиторию. Это же Ваша ответственность, тем более, что Вы священник.

о. Игорь: Это моя ответственность. Я говорю, как священник, я пришел, чтобы сказать вам это, чтобы вы пришли к Богу. А вы к Богу-то не приходите. Потому что вы приходите к своим рационалистическим представлениям о Боге. Но к Богу как экзистенциальному переживанию Вы не пришли еще.

Слушатель 3: Можно уточнить? Вы говорите, что если Бог есть Жизнь, т.е. жизнь во всей полноте, вообще все, что присуще этой жизни, в т.ч. ...

о. Игорь: В этом отношении очень интересна книга Иова. Что там происходит? Праведник Иов, а Бог взял и просто сдал его сатане. Возьмите его, испытайте, давайте его помучаем. И он, Иов, недоумевает. Находясь в концепциях рационалистического мышления, Иов недоумевает: а за что же, я же праведник, я же хорошо живу?

Слушатель 3: Он обвинил Бога.

о. Игорь: Об этом и речь. Принять зло от Бога, если Бог дает зло, значит Бог – злой. И это большое религиозное достижение человека – любить Бога разным. Можно сказать, что это и есть подлинная, совершенная любовь.

Слушатель 3: Я, в принципе, согласен, что Господь может и поиграть; и Он может быть и таким, и таким. Это и есть баланс.

о. Игорь: Я об этом и говорю: Бог есть Сущий и Сущий разный, и такой, и сякой. Это все входит в качество Сущего. Обратимся к книге Иова. Что там дальше происходит? Вот он мается, мучается – что я сделал такого плохого? И дальше Бог является в виде грозы, и Бог говорит о Себе, что Я сотворил Левиафана… Говорит о Своей капризности, о Своем всемогуществе, Он непредсказуем, Он- разный. Когда Иов это переживает, когда Иов это понимает, Бог восстанавливает его в статусе – человеческом; восстанавливает здоровье; Он благословляет его имение – материально. Он его благословляет. Иов познал Бога: Он – Разный, Он – Сущий. И был восстановлен в богообщении.

Медиатор: А что, Бог может быть несправедливым?
о. Игорь: Он может быть разным. А какая справедливость может быть в кн. Иова по отношению к человеку? Что касается Ветхого Завета – много Вы там найдете справедливости?

Слушатель 3: Библия – очень кровавая книга, жестокость, убийство на убийстве. И надо принять вот такого Бога?
о. Игорь: Да, да. Принять Бога таким, какой Он есть. Я так понимаю. Это опять рассуждения на тему, а какой же Бог? Ответ можем получить из представлений Св. Писания, из кн. Иова… Это не только рационалистические представления, о том, как нам хотелось бы видеть Бога, и каким Он нам представляется. Так хочется, так проще, так в это хочется верить.

Медиатор: Но это Бог Ветхого Завета. У нас уже Новый Завет, там Бог – другой.
о. Игорь: Бог-то Единый. Он Сущий, Он не изменяется. Если Он в Ветхом Завете так безобразничает, это не значит, что Он не Сущий.

Слушатель 2: Обижает моего Бога, которого я люблю очень!
о. Игорь: Я не обижаю. Я высказываю свое представление о том, что Бог есть Сущий.

Очень интересная ситуация. Разные представления о Боге. О чем я и говорил. В зависимости от того, как человек воспринимает Бога, он и строит свою религиозную жизнь. Он и наполняется религиозностью в зависимости от своего представления.

Наша дискуссия – это иллюстрация к тому, что Бог – разный. И вот, разные качества являются обобщением биографического опыта, биографического материала каждого человека. И еще можно сказать о различиях в понимании Бога. Вот есть Бог исключительно рационалистический – рациональное представление о Боге. Есть другие переживания, понимание Бога не только сознанием, когнитивно. Бог может быть глубинным, внутренним переживанием. Это может быть чувство протеста, непонимания, отверженности, вопрошания к Богу. «Почему Ты так сделал? Почему Ты меня не слышишь?» Бог, не слышащий человека – это тоже качество Бога, тоже часть религиозного опыта каждого человека и человечества вообще. И это тоже надо признать, и это тоже есть. И это интересно.

Модератор: И это все опосредовано отношениями с родителями? Определяется этим? Неужели это такая запрограммированность, что ничего нельзя с этим поделать?
о. Игорь: Можно. Смотрите, что дальше происходит. Это можно все переделать, свое отношение к Богу. Можно из одного варианта, где Бог – наказующий и карающий, можно переделать в другое представление о Боге – что Бог есть Любовь. Мне кажется, что это более правильное, и, скажем так, полезное, представление о Боге. И это можно сделать – переформатировав негативный семейный материал детства или взрослой жизни.

Модератор: Психологическими методами?
о. Игорь: Да.

Слушатель 2: Какой человек здесь и сейчас в настоящий момент скажет, что тот Бог, какой у него есть, его не устраивает? Он знает какого-то одного Бога, тот – Хороший, и он не согласится Его переделывать. Как заставить человека расстаться с … истиной?
о. Игорь: Заставлять человека не надо. Человек развивается, и он приходит к каким-то откровениям, пониманию. Понимание о Боге 5-летнего ребенка не соответствует пониманию 70-летнего интеллектуала, который всю жизнь читал, думал на эту тему. Это разные представления. И даже нечего сравнивать. О чем я хотел сказать: как это меняется. Если у нас развивается психологическая культура, мы начинаем наблюдать за собой и понимать то, как мы взаимодействуем с миром, как видим этот мир. Мы понимаем, что у нас есть фильтры восприятия, то есть что-то мы видим в этом мире, а что-то не видим. Мы очень избирательно воспринимаем мир. Действительно, если немного понаблюдать за собой – что я жду от окружающего мира, и какие мысли приходят на эту тему, то получается, что человек свое отношение к внешнему миру переносит на отношение к Богу. Если человек в повседневной жизни ждет неприятностей от внешнего мира, чувствует себя неуютно, неуверенно, он также будет чувствовать себя в отношениях с Богом. Это так. Хотя Бога будет называть и Любовью, и т.д., и т.д. Но тут совершаются всякие рационалистические трюки: Да, Бог есть Любовь, но Он меня наказывает, спасает, и т.д. То есть ожидание от Бога не абсолютной, безграничной любви, которая просто так изливается на человека, а любви за что-то, почему-то или для чего-то. Это говорит о фильтрах нашего восприятия.

В обычной психологической коррекции эти фильтры восприятия могут быть изменены, откорректированы. Используются обычные техники, их много. И я просто наблюдал, и предлагал людям это делать, и сам на себе это все попробовал. То есть если меняется отношение к миру, меняется отношение к Богу. Если ты лучше относишься к миру, то лучше относишься и к Богу. Бог становится для тебя лучше, добрее, любвеобильнее, и ты эту любовь начинаешь чувствовать и получать – после того, как ты изменил для себя определенные стереотипы восприятия мира.

Это ответ на вопрос – нужна ли, будет ли полезна, христианину психология. Да, нужна, для того, чтобы улучшить свое отношение с миром и Богом, сделать его более адекватным понятию Любви.

Медиатор: А бывает так, что у человека есть какие-то представления о Боге, а Бог так врывается, что-то такое происходит – как с Савлом-Павлом… Вряд ли Савл был готов к такому вмешательству такого Бога в свою жизнь. Такое бывает?
о. Игорь: Такое бывает. Пример с Савлом – классический пример энантиодромии, в литературе по аналитической психологии описывается исключительно как психологический процесс.

Я опять же не говорю про Павла – было ли так на самом деле. Но этот пример того, что психологические особенности таковы, что если человек сосредоточен на чем-то одном, вся его психологическая энергия направлена на что-то одно, то когда он истощается в этом фиксировании своей психологической энергии на каком-то одном полюсе, происходит эффект так называемой энантиодромии , переворачивания. То есть психика так устроена, она спасает свою целостность, фокус внимания переворачивается в противоположную сторону. Савл был гонителем христиан, вся его жизненная энергия была направлена на гонение христиан, и просто он истощил себя, и психика сделала такой кувырок в противоположную сторону. Это психологическое объяснение. Так это описывает Юнг и соответствующая литература. Я не знаю, как это было на самом деле. Тем не менее, можно сказать, что это было внедрение Бога. Бог действует через наше естество. И вот этот энантиодромический процесс – это естественный процесс нашей психики. И я не исключаю, что этот процесс не был инициирован Богом.

Слушатель 4: Это психологическое измождение какое-то, которое доводит человека до какого-то переворота? о. Игорь:Да. Дальше или погибает, или изменяется… Понимаете, есть какой эффект. Я занимался скалолазанием, очень важное требование – не прижиматься к стене. Действительно, когда боишься, когда страшно – то слишком прижимаешься к стене, и такое ощущение, что тебя стена откидывает. Не знаю, как это действует. Когда прижимаешься, возможно, смещается центр тяжести, и тебя откидывает. Примерно то же самое происходит в нашей психике, если очень сильно «вдавливаться» во что-то одно, это может поглотить, и психика «откидывает» нас в противоположную сторону. Такова динамика нашей психики.

Медиатор: Еще можно уточнить? То есть мы не умоляем всей величины Бога, все Его характеристики, как все богословы формулируют, и больше того, но просто мы, каждый из нас, можем вместить только столько, сколько можем. И это не умоляет всей величины Бога?
о. Игорь: Да, конечно. Меняемся мы, чтобы правильно и более полно воспринимать Бога. Мы говорили о зависимости. Человек вступает в отношения с таким доминантным, жестоким Богом, и ему хорошо, потому что привычно.

Зависимый тип поведения у человека может проявляться по-разному. Это может быть игровая зависимость, виктимная (быть жертвой в каких-то отношениях), алкоголизм, наркотики, Интернет и т.д. Но тем не менее существует и религиозная зависимость. Вот об этом хотелось сказать. Это тема обширна – зависимости вообще, и откуда появляются зависимости. Опять же это все идет из детства. Я буду говорить об известных вещах, объясняющих возникновение зависимости как психологического феномена. Это тоже связано с детством, когда человек не получает возможности развивать свои чувства. Чувства – это психологическая функция, которая позволяет определять свое отношение к окружающему миру. Это мгновенное оценочное действие: вот понравился мне этот предмет или нет. Это чувство, и оно не связано с концептуальным обобщением, с мыслительным процессом. Например, «мне нравится эта девушка», я не знаю, не понимаю – как, не провожу каких-то мыслительных процессов, просто знаю, что мне это нравится. Это оценочная функция. Чувства позволяют человеку взаимодействовать с миром, чувствовать мир. Если ребенок развивается в семье, где чувств мало, и где культуры проявления чувств нет – то у него эта психологическая функция не развивается. И оказывается, что такому ребенку, такому человеку очень трудно жить, потому что он не чувствует окружающего мира, а когда он не чувствует окружающего мира, у него возникает ощущение, что он как бы в вакууме, он не понимает своего отношения – вот к этому предмету, к этому человеку. И поэтому ему плохо живется, он чувствует тревогу, дискомфорт. И что происходит. Это непонимание, нечувствование окружающего мира надо чем-то компенсировать, так появляется зависимость. Находятся какие-то объекты и отношения в окружающем мире, которые воздействуют на человека, жестко ему диктуют, что ему делать, создают в нем эмоции, создают чувства. Например, пошел – проиграл всю зарплату в игровых автоматах – получил эмоции, чувства. Когда есть эти эмоции – есть ощущение, что я есть, я – живу, я приближаюсь к человеческой норме. Когда проиграл, тоже появляется определенный спектр ощущений – надо заработать деньги, чувство вины перед близкими и т.д., и т.д. Эта зависимость создает иллюзию полноценной жизни.

Когда человек религиозно зависим, происходит все то же самое. Он приходит в Церковь, ему там говорят, ты должен делать то-то и то-то, читать такие акафисты, ходить только туда и туда, а туда – нельзя. И т.д. Все регламентировано, все жестко. И у человека появляется иллюзия того, что он – живет, потому что он окружен множеством связей, обстоятельств, давлений и покаяний по поводу нарушений многочисленных предписаний.

Слушатель 3: Плюс появляются очень легкие друзья.

о. Игорь: Да, иллюзия того, что есть некое сообщество, которое организовано по очень простому, примитивному плану. Там нет глубоких чувств, взаимоотношений. Просто мы выполняем эти правила, делаем то-то…

Слушатель 2: Может быть это – счастье?
о. Игорь: Да, для такого человека – это счастье, потому что он ушел в зависимость, снял свою тревогу от ощущения пустоты и одиночества в мире.

Слушатель 3: А как Вы относитесь к зависимости от Бога?
о. Игорь: Я хорошо отношусь к зависимости от Бога, я сам зависим от Бога. И очень люблю эту зависимость. Я говорю о религиозной зависимости как о форме патологии, как о разновидности зависимости вообще. Я очень много этого видел – отсутствие здоровой религиозности, которая разрушает человека. В этом случае появляется фарисейство с многочисленными нелепыми предписаниями.

Религиозная зависимость замещает здоровое религиозное чувство. Хорошо это или плохо? Ответ здесь такой – конечно это плохо. Было бы хорошо, чтобы человек был полноценным, здоровым, благополучным, открытым, готовым к развитию. Но если он не может, то для него, наверное, религиозная зависимость будет благом.

Слушатель 4: Это спасает от массы других зависимостей?
о. Игорь: Да, может быть, религиозная зависимость лучше, чем наркотическая.

Слушатель 4: Лучше читать акафисты, чем пить водку?
о. Игорь: Может быть это лучше, но…. Настало время, достаточно накопилось знаний, да и понимания, что можно было бы говорить и предлагать человеку посмотреть на свое религиозное чувство, на свой религиозный процесс – есть ли в нем здоровое, открытое, религиозное чувство или это религиозная зависимость? А что касается религиозной зависимости, как и любой другой, от нее можно избавиться. Можно предложить определенные средства, определенные техники, которые позволяют человеку выйти из этой зависимости.

Слушатель 2: А дальше что?
о. Игорь: А дальше, если человек вышел из зависимости, он становится человеком – творением и образом Божьим, он становится личностью, он понимает и чувствует, что ему надо, куда ему идти. Ему хорошо, ему «вкусно» жить. Вот что означает быть независимым человеком.

Он будет полноценным человеком. Зависимость – это ограничение человека, ограничение его возможностей. Человек, когда зависим, он теряет себя. Он засовывает себя в определенную клетку, и можно пожалеть его, можно посочувствовать ему. Но тому человеку, который понимает, что он находится в клетке, можно сказать: я могу тебе помочь любить Бога, не находясь в клетке и не понимая Бога как клетку. Это можно сделать – помочь человеку психологическими методами создать здоровую религиозность.

Слушатель 1: Значит ли это выйти из клетки и перейти в более просторную клетку?
о. Игорь: Можно и так сказать, если Вы под клеткой подразумеваете какие-то ограничение человека, например, во времени жизни.

Слушатель 2: А вообще без зависимости…?
о. Игорь: Мы можем говорить о зависимости как о форме патологии и о зависимости как об определенном чувстве. У человека должно быть все сбалансировано, чтобы быть успешным, у него должно быть развито чувство зависимости, это позволяет ему создать семью, отношения в социуме. Но это чувство должно быть уравновешенно чувством независимости. Человек должен обладать возможностью отказаться от чувства зависимости, когда это необходимо, и переходить к независимости. Это поведенческая гибкость.

Слушатель 4: А Вы не считаете, что одного Бога достаточно, чтобы… «познайте истину, и истина сделает вас свободными».
о. Игорь: На этот вопрос я отвечаю так: можно ли грипп лечить с помощью Бога? Можно ли попросить Бога: «Господи, у меня насморк, вылечи меня от этого насморка». А можно, например, пойти в аптеку и купить антигриппин. Это вопрос выбора и личного отношения. И я считаю, что лучше купить антигриппин и вылечиться самому таким способом. И от зависимости лучше лечиться психологически, сейчас объясню почему.

В процессе лечения, восстановления, коррекции – вырабатывается определенный механизм, нарабатываются определенные структуры психики, которые позволяют человеку быть независимым. Невозможно пойти и попросить Бога: «Господи, мне хочется иметь хороший пресс, мышцы, сделай, пожалуйста, это так». Я не встречал таких людей. И для того, чтобы быть свободным от зависимости, надо развить в себе определенные качества, развить в себе способность чувствовать и доверять своим чувствам. И вот как попросить Бога: «Дай мне, пожалуйста, такую психологическую функцию как чувства»? Я не понимаю, как Господь это может сделать. Это развивается. То, что человек должен сделать сам, должен развить в себе – Бог этого не будет делать. Потому что, если Бог это даст, но человек не умеет с этим жить, он это неизбежно потеряет. Эти вещи человек должен сделать сам в своей душе, в своей психике– развивать свои психологические функции. Если человек хочет иметь мускулатуру, то должен пойти в тренажерный зал и там ее развивать.

Слушатель 4: То есть психология отдельно, а религия – отдельно?
о. Игорь: Как раз нет. Психология может служить религии, может помогать формировать здоровое религиозное чувство.

Слушатель 3: Можно ли быть консультантом без психологического образования?
о. Игорь: Я думаю, что трудно быть консультантом без психологического образования.

Слушатель 2: Возможно ли?
о. Игорь: Я сторонник психологического образования. И у меня – психологическое образование. И я опираюсь на психологические знания и навыки. Я считаю, что это обязательно. Хотя по этому поводу есть определенные исследования: успешность консультанта не зависит от психологического образования. Скорее всего, это вопрос эмпатии, чувствования, сопереживания. Есть люди невежественные, необразованные, но в них столько доброты, столько сердечности, что этой теплотой, сердечностью, любовью они могут лечить лучше, чем профессионалы. Но если говорить о профессиональной психологической помощи, то я считаю, что нужно образование.

Слушатель 4: Вот Вы описали картину, кто ее принял, кто нет, ситуацию, в которой мы находимся, с нашей религиозной жизнью…. Но хоть что-нибудь посоветуйте, а что же делать?
о. Игорь: Обязательно скажу. Скажите, что неблагополучно? Понимаете, не существует таблетки от всех бед. Если существует неудовлетворенность религиозной жизнью, скажите – в чем конкретно, я готов это обсудить.

Слушатель 4: Ну, например, все православные, мы какие-то нерадостные, унылые…
о. Игорь: Я об этом и говорил. То, что люди приходят в Церковь страдать. И чем больше они страдают, тем больше получают удовольствия. А на самом деле это неправильно, я против этого. Это извращение, это религиозная зависимость. Хочется сказать: « Бог вас любит! Переживайте эту радость, делитесь этой радостью, несите эту радость в мир». А вы сами страдаете в Церкви, и вот это страдание несете, транслируете, как образец Православия. Я с этим не согласен. И такому человеку, если он захочет, можно помочь избавиться от неосознанной потребности в страдании. Его так «настроили» в детстве – на страдание. И это можно «перенастроить».

Слушатель 4: По роду своей профессии долго общался с воцерковленными, серьезно воцерковленными людьми. И вот у меня вопрос. Вы сказали: Я могу помочь, давай я научу тебя не страдать….Как у Вас это получается? Когда любое упоминание… сразу идет страшная агрессия, и уход, и проклятия.
о. Игорь: Это есть. С такими людьми сделать ничего не возможно. Почему такая реакция? Я отнимаю от него любимую игрушку. Он с этой игрушкой играет, вместо того, чтобы жить и любить Бога, и искать подлинно религиозную жизнь. Вот есть мое представление о Боге, о религиозной жизни – оно единственно православное, единственно ценное, и любое другое упоминание, что можно понимать как-то иначе вызывает подлинную агрессию. Это типично, это маркер зависимого поведения.

Слушатель 3: Привычная картина мира?
о. Игорь: Да. Мы говорим «давай посмотрим по-другому». А это очень болезненный вопрос. Ему предлагают позитивно посмотреть на мир, другие точки зрения, ему надо признать, что моя точка зрения – не самая лучшая, может быть, она не удачная. А это значит пересмотреть свою жизнь, свою эго-концепцию, образ своего Я. Требуется колоссальный подвиг, колоссальное мужество – пересмотреть отношение к самому себе, изменить образ своего Я. И вот – такая реакция, агрессия. Потому что он защищает своё, себя, своё Эго.

Слушатель 3: Вы, наверное, много встречали такой тяжелой агрессии и оскорбления?
о. Игорь: Да, и оскорбления. Особенно тяжело видеть, когда губят детей. Я несколько раз пытался, заступался за ребенка, что не мучайте ребенка, не навязывайте ему ваших представлений, о Боге и …(С улыбкой) пришлось тоже поплатиться. Идут, жалуются, что я не так говорю, т.е. изменяю Православию и т.д. Т.е. я изменяю той концепции, которая у них есть. Но видеть, как мучают детей, психологически убивают, кастрируют детей – вот это тяжело. Под Православием в данном случае понимают свое собственное представление о мире, о Боге. И любое другое воспринимается враждебно. Вопрос в том, как это меняется. Надо психологически мыслить, надо понять, что само представление о себе, мое Эго – оно очень относительно, это стечение каких-то, скажем, психологических атомов. Вот у меня такой был биографический опыт, и у меня сложилось такое эго. Вот если бы тогда, на день рождения, мне подарили бы тот кораблик, который мне очень хотелось, мое представление о самом себе, оно бы было другое, оно было бы немножко лучше, помягче. Но мне не подарили. Вот такие, казалось бы, случайности, они формируют представление о самом себе. И когда человек начинает понимать, что наше эго -это, действительно, стечение всего лишь обстоятельств, …, это случайно услышанные фразы, чей-то неодобрительный взгляд и т.д., то отношение к себе меняется. Понять и признать относительность нашего эго, понять, что оно – подвижно, оно динамично, и его можно поменять – является большим достижением для человека. Есть замечательный тезис из НЛП: «Никогда не поздно сделать себе счастливое детство». Это действительно так. Можно переформатировать ту структуру, которую мы считаем своим эго. И если религиозный человек захочет это сделать, с любовью и доверием к себе и миру, то он станет другим. Религиозность его будет другой.

Слушатель 5: А Вы не возьметесь с нами за такой эксперимент?
о. Игорь: Понимаете, в чем дело. Это не должно носить массового характера. Индивидуально я могу сказать, как улучшить Ваше состояние, то, что Вам в себе не нравится, я могу Вам это помочь улучшить, переработать. И еще… здесь речь идет не о религиозности вообще. Религиозность – это проявление жизни человека и его отношение к миру – как он себя чувствует и как проживает свою жизнь. Точно такой же рисунок у него и в религиозной жизни. Человек целостен, он как здесь – так и там. Как он в отношениях с женой, так и в отношениях с Богом. И так он в отношениях на работе. Примерно один и тот же рисунок.

Слушатель 2: Может быть, это связано с нашим менталитетом испокон веков, формирующим нас. Его же не изменить.
о. Игорь: И в этом тоже, к сожалению. Вот такое наше коллективное сознание. До недавнего времени говорили даже: «Мы детей растим не для себя, для государства». Человеческая жизнь, человеческая единица – была ничто. Эти паттерны коллективной психики присутствуют везде, и в религиозной, и в церковной жизни. И там тоже человек себя чувствует так, как его научили чувствовать.

Слушатель 3: о. Игорь, как все-таки… Священники в Церкви делают акцент на покаянии, на нашей греховности. И это действует на нас, это наследуется. Как тогда, немножко зная Вашу позицию и правильность её, как тогда – сопротивляться что ли этому? Вот, например, кафедральный собор, сотни людей, а священник говорит: «Покаяние! Всем не православным гореть в огне, всем каяться!» Внутри – сумятица, он и человек уважаемый, своей духовной жизнью, но … я знаю другое. Как выработать такую позицию, чтобы и они не смущали, и …
о. Игорь: Я говорил о здоровой религиозности. Здоровая религиозность – это вера в Бога, общение с Богом. Если есть общение с Богом – это очень хорошо. И когда это есть, оно настолько наполняет человека, создает в нем такую целостность, что на эти мелочи он уже не обращает внимание. Такие речи священников соответствуют потребности паствы в религиозной зависимости. И они ее получат. Как этому противостоять? Любить Бога, веровать в Бога. Знать, что Он – Сущий, что Он – Есть, что я Его чувствую по-разному, потому что Он такой динамичный…

Вопросы после лекции:
Слушатель 5: У самых простых людей, в деревнях, совсем темных, у них не было так развито воображение. Им нужно куда-то придти, нужно куда-то смотреть, что-то видеть, отсюда пошла икона, отсюда – «в огне на сковородке гореть». Больше в Церковь у нас ходит простых людей, им нужны эти картинки…
о. Игорь: Да, но опять же.. в религии нет понятия «простой» человек. Любить Бога можно и без интеллектуального развития, любить сердцем. Это гораздо важнее, когда есть такие сердечные взаимоотношения с Богом.
о. Игорь: Вот беда Православия… Церкви приходилось выполнять роль идеологического инструмента по централизации и управлению. Быть идеологией государства, контролировать население. Вот они и держали, запугивая народ.

Наши современники очень неохотно признают, и вообще не хотят признавать кризис Церкви 1917 – 18гг., когда уничтожались церкви, когда священников живьем закапывали. «Ну, это дьявол». Я понимаю, хорошо было бы все это на дьявола свалить, но понимаете, накопилось очень много негативного в Церкви. К этому времени накопилось колоссальное напряжение в отношениях народа и Церкви. Людям навязывалось определенное религиозное поведение, которое, видимо, не давало радости подлинного общения с Богом. От этого накапливалось внутреннее напряжение. Человек стремится снять это напряжение, и самый простой способ – уничтожить источник напряжения, то есть Церковь. И вот посносили церкви, посжигали, поуничтожали. Что-то было не так в самом религиозном процессе. Он не давал человеку общаться с Богом. Сейчас большинство людей ходят в церкви, и если они чувствуют благодать, то они будут совсем другими. Никогда человек, если он живет любовью к Богу, не пойдет разрушать Церковь. В противном случае, возможно, Церкви он пережил что-то другое. Это мое предположение.

Слушатель 5: Один священник сказал, если мы будем преподавать Закон Божий, Православие, в школе, в армии, то произойдет то же самое, также как было, со временем.
о. Игорь: Да-да, и я об этом. Я тоже это вижу и говорю, что надо как-то по-другому с учетом современности. Надо любить Бога, чувствовать Бога, чтобы Бог был не в религиозном поведении, а в сердце. И этому можно помочь.

Слушатель 4: Ломали Церкви не только, потому, что кому-то было плохо…
о. Игорь: Конечно, но идеология большевизма опиралась на глубинные недовольства населения. Но в спонтанном, массовом разрушении церквей, особенно крестьянами, я думаю, выражалось это напряжение от обязательной и формальной религиозности.

Слушатель 3: А еще мужики не хотели кормить Церковь.
о. Игорь: А почему не хотели кормить Церковь? А потому что они от этого ничего не получали. Если бы получали благодать, то все бы отдали за Церковь.

Слушатель 4: Вопрос о том, как себя вести в храме, во время богослужения, когда тебе мешают, шушукаются, разговаривают, ходят и т.д. И на замечания не реагируют.
о. Игорь: Если Вы действительно пришли в Церковь для богообщения, и в Вашей душе есть Бог, то если Вы скажете им из этого состояния – «прекратите шушукаться», то это уже будет другое совершенно слово, нежели, чем просто замечание. Если стоите, молитесь, общаетесь с Богом, то если Вы просто на них посмотрите, то они замолчат.

С одной стороны, можно сказать «прекратите», а с другой – подумать, а что мне Господь хочет сказать этим обстоятельством. Сейчас Вы считаете этих людей чем-то инородным, а если будете считать, что они тоже часть этого мира, промысла Божьего, они не будут Вас раздражать. «Я такая же, как и они». Этому можно научиться в Церкви. Научиться любви – к таким людям, принимать их, такими, какие они есть. Если мы принимаем Бога таким, каков Он есть, то можем легко принимать и совершенно разных людей – в них тоже Бог есть. Если Вы сможете это сделать – это замечательно. Представьте, как Вы подниметесь в религиозном развитии. Опять же, это расширение наших представлений о Боге.

Слушатель 4: Спасибо.

Слушатель 3: Еще вопрос. А что, чудес вообще, в принципе, не бывает? Православные, там, чудеса…. Все это – психологически объяснимо?
о. Игорь: То, что мы называем чудесами, у меня, например, случалось тогда, когда я очень сильно этого хотел. И оно совершалось. И как к этому относиться – мне Господь дал или я своим желанием притянул, - я не знаю. Например, я не хочу «Мерседес», а мне его дарят, вот тебе. И мне это – никак, и чудом никаким не будет, я не знаю, как к этому относиться. А если я этого очень хочу, и мне дарят эту машину, тогда – чудо, потрясение. Я этого очень сильно хотел. То же самое при исцелении от болезни. Когда чего-то очень сильно хочешь, я не знаю, что здесь происходит, каков механизм, просто очень сильное хотение создает желаемое или … Бог слышит и дает. Я не знаю. Я что хочу сказать – что есть Тайна, которую мне не хочется препарировать, её изучать. Есть нечто гораздо большее, которое выше нас, и которое не познаваемое. А то, что познаваемо – я познаю, и познание дает хорошее понимание жизни, ощущение, что мне интересно жить, когда я познаю. А те вещи, которые непознаваемые – я не хочу их познавать, хочу, чтобы была тайна, загадка.

Есть люди, которые нуждаются в различных «чудесах», не надо у них отнимать этого. Пусть это будет, пусть они в это верят, и пусть им будет хорошо. Но… тому человеку, который может немножко по-другому веровать, может веровать без всех этих атрибутов, глубоко, искренно, сердечно, то ему нужно дать такую возможность и показать, как к этому придти.

Что касается Православия, существует некий стандарт религиозной жизни, вот этот стандарт, мне кажется, надо менять. Он устарел и не соответствует современной ситуации. Этот стандарт тормозит развитие человека, в том числе и религиозное, и духовное. Я за то, чтобы стандарт существовал, но мне бы хотелось, чтобы признавалась возможность и других стандартов, вариантов. Чтобы их было несколько.

Слушатель 3: Вопрос о Евхаристии. Что это, с психологической точки зрения.
о. Игорь: На одно и тоже явление можно смотреть с разных точек зрения. И сочетание разных точек зрения создает более объемное видение, углубляет каждую точку зрения в отдельности.

Слушатель 3: А с какой Вы точки зрения смотрите на Евхаристию?
о. Игорь: Для полноты переживания и понимания Евхаристии для меня важны традиционная, догматическая точка зрения и точка зрения аналитической психологии.

Слушатель 3: И что, противоречий не будет?
о. Игорь: Нет. Бог – Сущий, и чем больше разных точек зрения и переживаний, тем лучше. Тем полнее и глубже каждая точка зрения.

Слушатель 3: Но грань… пугает. Значит ли, что можно использовать все знания, и это, и то, и алхимия, и эзотерика, и наркотики, и все, что угодно как источники. Может быть, Вы знаете, где есть какая-то грань, а мы?…
о. Игорь: Знаю. Это живая вера в Бога, чувство или инстинкт достоверности, инстинкт самосохранения. Этого достаточно. Когда есть путь сердца, и это тебе интересно, и ты каждый раз открываешь для себя что-то новое, и ты идешь по этому пути, но когда немножко сворачиваешься от этого пути в сторону – тебе становится плохо. У нас есть психологическая функция – чувства, чувствования. Они определяют наше отношение к чему-либо, например, к алхимии, к эзотерике. Понимаете, человек оснащен и снабжен всеми ресурсами для благополучной, счастливой, жизни. Надо просто чувствовать – хорошо мне это или плохо. Наконец, у нас есть инстинкт достоверности. Опять же, Бог – Сущий, это все Его аспекты.

Слушатель 3: А вот, если мазохист говорит: скормите меня крокодилам. Это – хорошо?
о. Игорь: Мазохисту – хорошо.

Слушатель 3: А хорошо ли это перед лицом Бога, Он его создал, надежды возлагал, а он…?
о. Игорь: А откуда мы знаем, как это « в глазах Бога», мы же не можем этого знать. Я могу привести много разных притч, когда через зло делалось добро. Мир разный. Может быть, сейчас для Вселенной и для Бога надо, чтобы мазохиста съел крокодил. Может быть, так нужно.

(Смех в аудитории).

ИГОРЬ АРКАДЬЕВИЧ ПОЛЯКОВ
Православный русский психолог. Отец Игорь Поляков в 1978 году с отличием закончил Ленинградский институт авиационного приборостроения. Работал в Академии гражданской авиации, там же закончил очную аспирантуру. Занимался вопросами подготовки лётного состава. В 1989 году поступил в Духовную Семинарию. В 1991 году был рукоположен в сан священника, служил на приходах Санкт-Петербургской епархии. В 1996 году закончил Духовную Академию с защитой кандидатской диссертации на тему: «Религия, её сущность и происхождение». Диссертация была отмечена премией митрополита Никодима второй степени. После окончания Духовной Академии был штатным преподавателем Семинарии. Сфера научных интересов: психология религии. Получил дополнительное профессиональное образование в Институте психологического консультирования. В настоящее время практикующий психолог, священник.

Проводит психологические консультации по следующим направлениям:
* разрешение духовных кризисов;
* последствия психотравм;
* отношения в семье;
* проблемы и конфликты, связанные с профессиональной деятельностью;
* психологическая коррекция при хронических соматических заболеваниях.

КОНСУЛЬТАЦИИ ПРОВОДЯТСЯ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ Если у Вас есть вопросы или Вы хотите записаться на консультацию, - напишите, пожалуйста, по адресу: polyakovkonsult@mail.ru

Из выпуска от 07-07-2009 (внешка) рассылки «Кто вам мешает быть счастливым?» (внешка)
Источник (внешка): http://subscribe.ru/digest/style/religion/n116193164.html
Алексей вне форума   Ответить с цитированием
Старый 09.08.2009, 20:47   #2
Алексей
Спец
 
Регистрация: 27.11.2008
Возраст: 40
Пол: Мужской
Локация:
Сообщений: 734
Вес репутации: 20
Алексей На 1 уровнеАлексей На 1 уровне
По умолчанию

Восточное православие и психотерапия
Исса Дж. Халил

Редакция приносит покаяние перед автором и читателями, публикуя данную статью. Перевод был сделан нами с ксерокопии, на которой не был указан источник. По-видимому, материал представляет собой одну из глав сборника, изданного в США и посвященного взаимоотношениям психологии и религии

Православная Церковь с самых ранних времен использует принципы, которые теперь приписываются психологии, психоанализу или психотерапии. Однако мы никогда не рассматриваем эти принципы в отрыве от остальных элементов религиозного опыта. Иными словами, никогда не существует автономно или отдельно от целостности религиозной жизни. К тому же, Восточная Церковь никогда не рассматривает религиозный опыт, в узком смысле, в отдельности от полноты человеческого опыта. Восточные христиане могут говорить о человеке, как о составном единстве "частей", однако опыт человека во взаимодействии с Богом или миром, рассматриваются не как отдельные реальности, а связанные друг с другом. В православной антропологии не происходит пренебрежение медициной и биологией, они принимаются во внимание и существует принятие новых научных теорий и открытий.

Несмотря на то, что богословие восточного Православия отличается от теории психотерапии, они совместимы в основных положениях, касающихся целостности человека. В настоящей статье будут рассмотрены те аспекты доктрин и практики Православных Церквей, которые прямо или косвенно имеют отношение к принципам и целям психотерапии. Терапевтическое значение этих аспектов относится не только к "болезни" в узком смысле, но и к "здоровью", как проявление профилактического подхода.

Динамический взгляд на человека

К.Г.Юнг однажды сформулировал, что "цель психотерапии не есть приведение пациента к невозможному состоянию счастья, но обеспечение возможности выносливости и философического терпения для перенесения страдания". Современная психология уже не оперирует понятиями счастье, эффективная жизнь или успешная социальная адаптация, не говорит о "нормальности" в популярном смысле слова. Психотерапия не использует статические антропологии, такие как идеалистическая, материалистическая или синтетическая с их ригидными перспективами. Каждая из них определяет человека через набор абстрактных принципов и пытается установить "нормальность" путем соответствия набору заданных физиологических или психических характеристик. Человек рассматривался в категориях "эссенции" и природа человека исчерпывалась принципом эффективности. Однако современные психотерапевты, как и другие специалисты, считают, что такими абстракциями не исчерпывается человеческая индивидуальность и креативная спонтанность человека. Частная историческая ситуация обусловливает формирование человека и обеспечивает большую или меньшую степень свободы действия. каждый человек уникален и его индивидуальная ситуация и историческое измерение должно приниматься во внимание при определении его нормальности. Подобный подход созвучен восточному Православию.

Психотерапевт найдет источник вдохновения в православной доктрине человека. В противоположность западному христианству, здесь утверждается динамический взгляд на человека. Восточные Церкви не рассматривают выражение книги Бытия "по образу Божию" (1:27) в смысле утраты реализованного совершенства. Они утверждают что участь человека должна быть реализована в будущем. Богослов второго столетия, св. Ириней писал:

" ... сотворенный человек возрастает в образ и подобие вечного Бога. Вечное - совершенно и это - Бог. Человек был вызван к бытию, затем к совершенствованию и через совершенствование к очеловечиванию и через возрастание к прославлению и к узреванию Господа. Мы не были сделаны богами от начала, но сотворены как люди, чтобы впоследствии стать богами".

Согласно Православному взгляду, Бог, творя человека,не делает его заместителем Себя, но " наделяет его собственными свойствами, чтобы тот был не "во имя Бога", но в Боге и разделял с Богом то, что принадлежит одному Богу - бессмертие."
(И.Мейендорф).

Это определяет место человека среди остальной твари. Таким образом человек создан для того, чтобы быть участником святости жизни. Однако это только начало. Человек обретает полноту жизни в процессе своего становления. Он вовлекается в святость через возрастание в свободе и любви. Так факт экзистенции приобретает момент становления. Эта идея человеческого участия в Боге не рассматривается в западной христианской традиции. Реформатская теология описывает сущность Бога, трансцендентную миру и, таким образом, подлинное участие человека в жизни Бога невозможно. Православная Церковь признает что участие в жизни Бога невозможно относительно Его сущности, но возможно в Его нетварных "энергиях".

Эти энергии не есть сотворенная благодать, но святые соприкасаются им через объединение с Богом. Человек, сотворенный "по образу" обретает "подобие" через обожение.

Православие, подобно западным церквям признает связь между Богом и человеком, но идет далее этого, утверждая, что обожение есть цель и назначение человека. Так "образ и подобие" есть норма человеческой нормальности. Означает ли эта норма статичность восточного взгляда? Вовсе нет! Человек движется по направлению к обожению.

Григорий Назианзин пишет: "Человек есть живое творение под Божиим промыслом, когда он находится в процессе перехода к иному состоянию соответственно таинственной цели Бога, которая явлена ныне - к обожению".

Что есть "образ Божий" в человеке для Православия? Если "образ" совершенный, он отражает всю полноту Прообраза. Так невозможно определить, что же именно является началом святости в человеке. Мы можем предполагать, что отражаем бесконечную благость Божества. В неизреченной благости Бог наделяет человека не частью своих свойств, но всей полнотой возможного совершенства. Бог творит человека потенциальным участником Своей благости. это не означает, однако недифференцированного соединения. Подобная мысль об абсорбции чужда Православию. Человек сохраняет свою индивидуальность и личностность.

В.Лосский разделяет концепции личности и индивида. "Слово индивид выражает определенный субстрат элементов личности, которые принадлежат природе, в то время как личность означает то, что отделяет человека от природы." Индивидуальность это те свойства, которые составляют собственность человека, то, что он рассматривает как "я", то что отделяет его от других. Таким образом, индивидуализм означает само-центрированность и изоляцию, являясь базисом эгоизма, соревновательности и конфликтов. Но Православие рассматривает человеческое бытие как личностное, то есть не как часть целого, но уникальность, содержащую это целое, микрокосм. Уникальность человеческого бытия определяется не тем, что роднит его с другими людьми, не природными свойствами. Однако личностность не может быть реализована без индивидуальности. Само-реализация включает индивидуализм. Однако не должно быть конфликта или соперничества между личностью и природой, но гармоничные взаимоотношения. На пути процесса обожения преодолевается тревога отделения. Идеальным вариантом этой теории являются взаимоотношения внутри Святой Троицы. Три ипостаси пребывают в Единстве без конфликта или абсорбции.

Соответственно Православному взгляду, участие в Божественной Жизни не начинается после смерти человека, но осуществляется в его жизни на земле. Имеется в виду не только монашество, но и жизнь всех членов Церкви. Николай Кавасила, гуманист 14 столетия подтвердил, что высший мистический опыт приобретается не избеганием мира, но участием в литургической и сакраментальной жизни. "Бог везде вокруг нас и войдет в нас, если мы откроем Ему дверь. Мы достигнем Его если будем участниками Его жизни, смерти и Воскресения, которые есть ни что иное как Божественная Литургия и Он наполнит нас любовью". Кавасила верил, что в Литургии можно войти в высший мистический опыт. Хотя некоторые авторы, как например Григорий Синаит, уверяли, что участие в Литургии не обязательно для истинного мистика, Восточное Христианство отвергло этот крайний подход. В Церкви существует уважение и почтение к монашеству, в то же время признается, что пути - монашеский и светский являются взаимно необходимыми. Здесь опять речь идет не о соперничестве или конфликте, но о разном призвании к участию в одной и той же Жизни.

Восточная церковь отрицает противостояние природы и благодати. "Природа и благодать взаимопроникновенны, одно существует в другом" (В.Лосский). От момента творения человек наделяется возможностью получать обоживающую энергию Бога. Бог свободно дает и человек свободно получает. Человек сотрудничает с Богом. Однако отвергая эту перспективу сотрудничества (синергию), подобно Адаму, человек становится в позицию соперника. Отворачиваясь от Бога человек становится само-центричным и вовлекается в процесс отделения от Бога, от других, от природы. Последствия падения Адама отразились на всех его потомках, на человеческой расе.

Это не означает, что человек утратил "образ" Бога в себе. Он не разрушился, а исказился. Человек не потерял своей свободы, как уверяли бл.Августин и Лютер. "Православие не считает, что человек слишком низко пал и рассматривает последствия падения не столь трагично, как это принято на Западе. У Адама не было большой высоты познания и добродетели, он пал из состояния неразвившейся простоты и поэтому не может быть судим столь строго за свою ошибку" (Aulen).

В православной доктрине спасения, каждый судится не столько за вину Адама, сколько он сам, в своей жизни, последовал примеру Адама. Спаситель пришел не смыть "первородный грех" Распятием на кресте, но дать человеку новую жизнь святости и бессмертия. Спасение принесено Христом через победу над Сатаной, грехом и смертью. В доктрине спасения Православие не разделяет концепции оправдания, обновления и обожения. Для св.Ансельма и последующих богословов Запада человечество было объектом гнева Бога за вину греха Адама. Таким образом господствовала доктрина оправдания, сходная с юридизмом Средневековья.

Напротив, на Востоке Спасение рассматривается как драматическая битва между Богом и силами зла, овладевшими человеком, среди которых первый враг - смерть. Восточная концепция искупления относится не столько к индивиду, сколько к целому миру. Это победа Христа в космической драме. Поэтому наиболее частый символ на востоке - крест без фигуры Спасителя - Христос победил смерть.

Человек и Церковь

В Православии человек спасается не в одиночку. Человек спасается не от мира, но вместе с миром. Спасение означает инкорпорацию в общество искупленных и участие в дарах Святого Духа. Человек становится целостным, преодолевает свою отделенность, восстанавливает поврежденную связь с Богом, с собой, с ближним, с природой. Церковь верит, что во всех этих сферах человек поврежден грехом. Человек не может быть исцелен, восстановив гармонию лишь в одной сфере, например только с Богом или с самим собой. Это может быть символизировано четырьмя окончаниями креста.

Если отсутствует один из концов, то это уже не крест. Любить Бога невозможно не любя себя (и наоборот); любить себя невозможно не любя ближнего. Отец монашества, св.Антоний пишет: "От ближнего жизнь и от ближнего смерть". Никто не может иметь правильных отношений с Богом без любви к своему ближнему. Как Ипостаси Св.Троицы пребывают Друг в Друге, так и мы должны пребывать в своих ближних.

Восточная Церковь подчеркивает соборность своих членов. Индивид связан с обществом и общество с индивидом. Но это связь без поглощения индивида обществом, скорее индивид подобен органу в теле человека - общества. Да, Православие, вместе с другими исповеданиями говорит о церкви, как о Теле Христовом. Однако для православного индивида участие в жизни целого определяется не повиновением, а свободой и спонтанностью. Вот почему единство между Восточными Церквями основываются на единстве веры, а не на единстве административного аппарата. Церковь состоит из священства и мирян, находящихся под водительством Святого Духа. Собственно церковное управление на Востоке более гибкое, чем на Западе.

Литургия и поклоняющийся

Одним из первых впечатлений человека, впервые увидевшего православное церковное богослужение будет свобода и спонтанность, разрешенная поклоняющимся во время структурированной Литургии. Хотя члены общины могут участвовать в пении Литургии, от них не требуется это ( за исключением Символа Веры и Молитвы Господней). некоторые стоят коленопреклоненно, другие погружены в глубокую молитву, третьи крестятся. Не существует предписанного порядка действий в храме. Всегда присутствует много детей и младенцев, что создает неформальную атмосферу. В то же время служба хорошо организована и не хаотична. Вполне допустимо прийти в храм позже, что рассматривается неприемлемым в Западной Церкви. Так происходит потому, что на Востоке акцентирован общественный характер Богослужения. Верующий не приходит исключительно для назидания проповедью или на какую-то исключительную часть службы. Человек приходит в храм для того чтобы присоединиться к святым в возношении хвалы Богу.

Православный храм соединяет в себе небо и землю. Сюда приходит верующий для поклонения. Церковная литургия есть икона Литургии Небесной. Верующий правильно славит Бога не ригидным и контролируемым ритуалом, а в атмосфере свободы в рамках структурированной службы.

Сначала православный верующий ставит свечи перед иконами. Затем он выбирает место вблизи иконы чтимого святого и вместе с ним возносит хвалу Богу ( однако это невозможно во многих храмах в Америке, где нет изображения святых в полный рост). При этом поклоняющийся не обязательно зажигает свечи в начале, он может делать это на протяжении всей службы. Жителей западных стран может смущать постоянное передвижение верующих в храме, но это возможно потому, что здесь нет скамей, за исключением боковых для старых и немощных сбоку. Отсутствие скамей позволяет верующим находиться близко друг к другу, острее чувствовать всеобщность и в то же время препятствует конформности. Так во время Литургии действия одного воплощаются в структуре целого.

Православие ориентировано на отсутствие униформности в поклонении. Во время Евхаристии, которая является центром Литургии, верующий не есть пассивный наблюдатель, подобно зрителю мюзикла. Он усваивает происходящее, впитывает в себя и достигает экстатического опыта. В православном поклонении участвуют живые и усопшие святые. Поклоняющийся вступает в общество где беспрерывно воздается слава Богу. Поклоняющиеся реально чувствуют участие усопших святых в целостном теле Церкви. Иконы святых есть видимые знаки их невидимого присутствия.

Так восточная церковная служба отражает дуалистичность христианской экзистенции. Вера одновременно личная и соборная. Быть христианином означает быть интегральной частью сообщества. "Церковь состоит из уникальных и незаменимых личностей, которые могут рассматриваться как части целого, однако христианская "совместность" никогда не деградирует до имперсонализма" (Флоровский).

Пастырское окормление в Православии не ограничивается литургическими обязанностями священника. Оно пронизывает жизнь индивида от колыбели до могилы. В Церкви человек является гражданином двух миров, он живет на Небе и земле одновременно.

Таинства и обряды

В Таинстве осуществляется единство между невидимой благодатью и видимой материальной формой, происходит манифестация благодати через предметы материального мира. Православная Церковь предусматривает Таинства для каждого члена Церкви. Крещение младенца происходит в период от одного до шести месяцев. Но служение Церкви начинается еще раньше. Священник приходит произнести молитвы над матерью и ребенком на следующий день после родов. Вновь, через неделю, ребенок получает христианское имя. Но сороковой день мать приносит ребенка в Церковь.

Таинство Крещения в доме или в храме начинается с экзорцизма и короткого катехизма, отречения от диавола и подтверждения принятия Христа. Ребенок находится на руках крестных, которые плюют на диавола. Затем происходит тройное погружение в воду и вслед за этим Таинство Миропомазания - аналог западной конфирмации. Обряд предусматривает последующее причащение ребенка под двумя видами. Так ребенок становится полноценным членом Церкви и вместо того, чтобы находиться под присмотром, пока родители в храме, он может быть с родителями на обычной службе и, таким образом, устраняется разрыв между поколениями.

Терапевтическая функция таинства Крещения проявляется в двух аспектах. Христианин получает имя одного из усопших святых. Таким образом устанавливается связь между ранней церковью и Небесной церковью. День памяти святого, чью икону бережно хранит новый член церкви, он воспринимает более важным, чем свой день рождения. Так христианин привыкает к тому, что могила это не конец жизни. С другой стороны, крестные как бы усыновляют ребенка духовно без отрыва от его собственных родителей. Эта новая форма родства людей не связанных кровно. Она помогает ребенку утвердиться и избежать угрозы сверхзависимости от родителей. Во время кризисов, особенно в болезнях, крестные помогают не только ребенку но и всей семье.

Все основные жизненные события связаны через Таинства с Церковью. С психотерапевтической точки зрения таинства несут двойную функцию: одновременно обеспечивать индивидуализацию и интеграцию. Индивидуализация начинается с наречения имени, Крещения и первого участия в Евхаристии. В Церкви трехмесячный ребенок и 33-летний мужчина имеют одинаковый статус. Принятие Благодати не зависит от степени умственного развития и само-осознавания. Принятие Благодати есть мистический акт между личностью и Богом. В данном случае Церковь выступает как посредник. В Церкви развивается независимость ребенка.

В то же время, Церковь признает возможность дезинтеграции и отделенности внутри индивидуальной жизни, даже при условии принятия Таинств. Результатом падения Адама явилась возможность различных уклонений и расстройств. Здесь парадокс человеческой экзистенции: ребенок рождается со способностями к жизни и возрастанию, но силы дезинтеграции включаются сразу же. Кульминацией развития этих сил является физическая смерть. Силы дезинтеграции реальны как в психическом, так и в физическом смысле, они обусловливают отделенность от Бога и мира. Основные мотивации подобной изоляции, по мнению богословов, гордость и само-достаточность. Именно поэтому Адам и Ева отвергли план Бога об их жизни.

Православная Церковь верит, что Таинства преодолевают силы изоляции и индивидуализма посредством целительной силы благодати. Эти силы проявляют себя не только в больных, но и в бытии каждой человеческой личности.

Что же касается особой заботы о болящих, то она занимает особое место в жизни православных христиан. Священник приходит к больному чтобы помолиться над ним. Это происходит несколько раз - в зависимости от продолжительности болезни. Для исцеления души и тела предлагается Таинство Соборования, которое в отличие от западной практики не рассматривается как последнее Таинство. Молитвы за "недугующих и страждущих" возносятся за каждой Литургией.

Православная Церковь поощряет заботу о больных средствами светской медицины. Один из Отцов Церкви Василий Великий (330-379) помимо того что был замечательным богословом и аскетом, также был известен своим попечением о духовном и материальном достатке человека. Он устраивал больницы, приюты для бедных, хосписы для путешественников.

В дополнение к сказанному, в Православии существует практика молитв об исцелении различных заболеваний, причину которых нельзя объяснить физически, в частности тех, которые называются "одержимостью". В общую категорию "одержимости" входят пациенты, которые верят, что связаны или находятся под воздействием "внешних" сил, те, кто страдает от психических расстройств или не может получить облегчение от врачей, потому что причина болезни лежит в сфере психологии. В Восточных церквах практикуются различные формы экзорцизма. В простейшем варианте, больные склоняют голову под Евангелие, читаемое за Литургией. В другом случае, священник, снимая облачение после Литургии, возлагает его на голову страждущего, а также кладет руки и произносит особые молитвы.

В то время как все православные священники могут и фактически молятся за "одержимых", существуют особые пастыри, наделенные даром экзорцизма в экстремальных случаях "одержимости". "Пациенты" издалека доставляются к такому священнику, который молится за них без всякой платы. Обычно пациенту предоставляется комната неподалеку от места жительства священника. После встречи и молитвы вместе с "пациентом" и его родственниками, священник постится либо абсолютным постом в течении 3-х дней, либо частичным более долгий период в зависимости от своего обычая и водительства Св. Духа.

Священник может проводит долгие периоды времени в молитвах и в консультациях со своим пациентом. Такие отношения могут продолжаться месяц и дольше, но не обязательно до того времени, как человек будет исцелен. Иногда священник отсылает "пациента" домой, обнадежив его прежде чем признаки исцеления станут очевидными. В других случаях наступает частичное или полное выздоровление. Все что происходит между священником и "пациентом" во время подобных встреч остается конфиденциальным. Церковь предусматривает молитвы и ритуалы для исцеляющего, но в то же время он полагается на дары Св. Духа и собственную целостность и посвященность. Иногда священник уделяет больше времени молитвам совсем без консультаций, иногда наоборот. Прототипом этой формы экзорцизма является новозаветное изгнание "немого" беса (Мк.9:29). Восточные Церкви следуют этой практике в различных формах на протяжении столетий.

Важнейшим аспектом пастырской заботы является выслушивание исповедей. Здесь имеются также особенности, свойственные исключительно Православию. Так искреннее внутреннее покаяние является недостаточным, если кающийся не примирился с ближними. Грех одного повреждает многих. Поэтому кающийся идет сначала не к священнику, а к родственникам и друзьям и просит у них прощения, даже за мелочи. При этом за обычным ответом "Бог простит" следует поцелуй. Вечером перед причастием обычно принимается ванна как символ чистоты.

Практика исповеди отличается от принятой в Западной церкви. Священник не сидит как судья, а стоит вместе перед иконой как свидетель. Одаренный духовник своими вопросами может оказать большую помощь кающемуся. В разрешительной молитве священник просит Бога о прощении, но не провозглашает прощения исходящего от собственной персоны. (Только в Русской церкви осталась практика, заимствованная из Римско-Католической церкви). Для восточных христиан источником прощения является только Бог через ходатайство Церкви.

Какую форму принимает исповедь и какие отношения возникают между священником и кающимся не регламентируется. Священник выбранный отдельным человеком для принятия исповедей становится близким ему и называется "духовным отцом". Он не обязательно является священником местного прихода. По традиции он свободно выбирается человеком и не обязательно, чтобы из его рук человек получал Причастие. В каком-либо городе отдельный священник может стать популярным в качестве духовника. Фактически для мирянина также возможно стать "духовным отцом" для некоторых людей, которые затем должны обратиться к священнику для разрешительной молитвы. Духовник уподобляется доктору, который должен распознать духовное заболевание и насколько глубоко оно укоренилось. В случае отчаяния священник стремится обнаружить причину и привести кающегося к Богу через надежду. Помимо разрешительной молитвы священник дает советы. Чем больше духовник знает своего исповедника, тем более полезными будут его рекомендации. Поэтому частая перемена "духовных отцов" не поощряется.

Отношение к природе в Восточной Церкви

Мы уже упоминали, что богословские доктрины подчеркивают космический характер искупления - спасение мыслится не для человека в одиночку, но для всего мира, окружающего человека. Православие надеется на преображение всего естественного порядка жизни. Бог обновляет не только человека, но и животных и всю природу. Дух и материя не антагонистичны, но манифестируют одну и ту же реальность. Православие относится к природе с почтением, любовью и благоговением. Материальные объекты не только являются средствами благодати, но и становятся благодатными. Вот почему в таинствах используются природные средства.

Ограничение таинств числом 7, встречающееся в некоторых православных катехизисах есть обеднение сакраментальной жизни Церкви. Церковь призывает Духа на воды в день Богоявления на храмы, иконы, дома, животных. Верно, что эти действия не все могут быть названы Таинствами в полном смысле слова, иногда лучше сказать - благословление. Однако все материальные объекты могут нести в себе благодать Духа. Образы, идеи, звуки, слова, движения тела, свет, тьма, земля и плоды - все служит целям поклонения Богу. Православные богослужебные циклы соотносятся с природными ритмами и это помогает славить Бога вместе с природой, а не вопреки ей.

После Таинств и икон лучшей иллюстрацией восточного отношения к природе является практика поста. Православие рассматривает человека как единство души и тела, и настаивает на том, чтобы "тело было также дисциплинировано и тренировано как душа" (Т.Уэйр). Воздержание от продуктов животного происхождения, не имеющее ничего общего с вегетарианством имеет двойное символическое значение: смирение с покаянием и восстановление. Во время поста смирение и покаяние должно выражаться в прощении, усиленной раздаче милостыни, примирении с природой.

Отказ от животной пищи символизирует новые отношения человека с природой, когда человек сможет жить не повреждая ее. Это символ новой земли и нового неба, где не только "волк будет пребывать с ягненком", но и наиболее разрушающее из всех тварей - человек - не разрушит других творений Божиих. Постясь, православные словно говорят животным, что хотят не только сохранить их жизнь, но и жизнь их будущих детенышей.

Заключение

Это изучение Восточной Православной Церкви в психотерапевтической перспективе подчеркивает, что восточные христиане, как и их западные братья, центрированы на основных проблемах человеческой природы и бытия. Основой духовной и физической помощи является приближение к Богу, к ближним, к природе. Это движение к объединению, но не к абсорбции с Богом, ближними, природой и собой. Последнее отношение связано с первым в православном богословии. Человек есть икона Бога, "живое богословие", и Бог обнаруживает Себя в глубине человеческой души.

Возвращаясь к себе человек обретает Бога, "ибо царствие Божие внутри вас" (Лк 17:21). Но из того факта, что это царство, а человек - образ, следует необходимость интеграции с другими. эта интеграция была повреждена грехом, вызвавшим отчужденность. Церковь рассматривает Бога, Который стал Человеком как центр всех терапевтических процессов. Однако это не означает, что Церковь провозглашает только себя источником всякого исцеления. Восточная церковь воспринимает человека в его целостности и поэтому не проводит разделения между светскими и религиозными формами исцеления, например между священником и психотерапевтом. Любое исцеляющее искусство коренится в религиозном опыте и любой религиозный опыт имеет терапевтическое измерение. Секулярное и религиозное не есть две отдельные сферы, но взаимопроникающие. Так духовное и материальное, природное и "сверхъестественное" не есть четко отделяющиеся друг от друга реальности, но скорее выражение одной основной реальности. Другими словами, восточная Церковь воспринимает мир как Таинство. Бог обнаруживает себя в и через материальные объекты.

Так как Православная Церковь ставит в центр вопрос о смысле жизни, то без определения цели экзистенции человека нет выбора терапии или исцеления. Человек который обнаруживает смысл существования через Церковь трансцендирует свою жизнь. Конечно, смысл и надежда поддерживают физическое и психологическое функционирование. Человек обретает целостность, будучи осознанным участником плана Бога о мире. Однако Православие не забывает трагичности и преходящести человеческой экзистенции. Христианин далек от поверхностного оптимизма, его надежда на окончательное преображение природы не ведет к тому, что он закрывает глаза на разрушительные силы, действующие на его жизнь. Церковь помогает ему выразить эту трагичность в ритуалах погребения. Полностью осознавая трагедию смерти, Церковь вкладывает в уста человека слова "плачу и скорблю когда сталкиваюсь со смертью и вижу красоту, сотворенную по образу Божию, лежащую в могиле, бесформенную и лишенную славы".

Церковь выражает весь трагизм, не ингибируя его, не стирая страдания. Но в то же время власть смерти не побеждает человека. Он продолжает жить верой, надеждой и участием в реальности. Человек не один, Бог по образу Которого он сотворен, остается с ним.

Церковь, рассматривая человека в его родстве Богу, разрешает проблему через отношения "Я-Ты". Это не детерминистический и безличностный подход. И пока человек изолирован вследствие греха, Церковь служит открытию человека навстречу Богу и близким. Церковь вдохновляет человека преодолеть внешние силы дегуманизации, которые пытаются подчинить одну индивидуальную идентичность другой, а внутренние ресурсы подчинить толпе. Так Церковь помогает обрести или восстановить идентичность.

Взаимосвязь с Высшим и действенное участие есть основание человеческого становления и идентичности. Восточная Церковь воспринимает человека не в категориях рациональной жизни или телесной жизни, но в терминах целостности - телесно-духовном континууме. Вот почему Таинства занимают особое место в церковной жизни. Церковь простирает заботу даже на младенцев и ни один из аспектов человеческого существования не выпадает из ее внимания.

Церковь помогает обрести эффективные взаимоотношения индивидуума по четырем измерениям: с Богом, с ближними, с миром и с собой. Одной из причин обуславливающих психическое заболевание есть страх любить и быть любимым, сочувствовать прекрасному и участвовать как в счастье, так и в печалях других. Пытаясь помочь каждому своему члену любить и участвовать во всех сферах жизни, Восточная Церковь помогает ему победить и трансцендировать этот страх.

http://www.chat.ru\~epifan123 (внешка)

Источник (внешка): http://www.reshma.nov.ru/psycology/hristianska/vostok.htm
Алексей вне форума   Ответить с цитированием
Ответ


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 09:36.

Рейтинг сайтов Ufolog.ru
Форум Непознанное основан в 2008 году. При копировании материалов форума, обратная ссылка обязательна.   Обратная связь - Непознанное. - Вверх

Powered by vBulletin® Version 3.8.4
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot